?

Log in

No account? Create an account
nitoc [userpic]

***

June 12th, 2019 (08:58 pm)

1980-й.
Почерк осознанно испорчен. Увидел, как пишет Олег Ривин – в-ниточку, с редкими всплесками. «Зачем?» «От посторонних глаз». «Зачем?»

Это навязчивое приглядывание к чужим повадкам. При конспектировании классиков посматривал на ленинский почерк (плотные вклейки факсимиле в ПСС). Каллиграфия, самодостаточная искренность линии, уверенность, неизменность, сформированность.

Обезьянничаю. Пишу лекции новым способом. Чтоб это прочитать, нужно как бы парить над текстом, брать его целиком, возгонять энергию гласных в кристаллической решетке единственно различимых на нитке в, ф, р, д… Чтоб начало резонировать, гудеть, петь.

Сейчас, разумеется, всё ушло. Но почерк так и не установился: прямо или с наклоном, рвано, открыто. Графологи, ау! Форма не замкнулась. Оттого дискомфорт: кто угодно заходи в распахнутые ворота, дрызгай как хочешь, всё равно - развалины. Даже здесь нет тыла, защиты.

Но окаменевший, неменяемый-и-форс-мажором почерк скучен. В нем всё свершилось, закончилось.

Был в Загорске. Встречался с Лашковым. Он играет с новыми музыкантами. Гитариста Сашу Савинова первый раз видел у Лашкова еще до его армии. Высокий, заполнивший собой комнатку лашковской полуторки, сидел на хлипкой кушетке, бегло дзынькал на неподключенной «доске», что-то самонадеянно внушал. И вот играют. Их база на Новостройке. Полуподвал, полумрак, девки. Савинов и Лорд (Андрюша Костин с длинными волосами копной) пьяные. Играют дипппепеловскую «Bloodsucker». Савинов и поет, даже высокое истерическое «no, no, no». Блэкморовские интонации узнаются, но звучат неряшливо, понтово. В конце разрушительного угара Савинов с силой кидает в темноту комнаты в сторону девок подвернувший под руку нож. Замешательство, нервный смех. Лашков трезв, не по ситуации ответственен и как всегда суетлив. Мне занятно и жутковато, как в зоопарке у клетки с гориллой.

Read more...Collapse )

nitoc [userpic]

***

June 10th, 2019 (12:48 pm)

1980 г. 27 августа. Репетируем с Толей. Вдруг ругаемся. Наговорили друг другу откровенные вещи прямо в глаза. Я уехал в город. Зашел в Филателию. Потом к Бобылеву. Сегодня пришел Игорь-барабанщик. Во время дискотеки робко предложил по окончании пойти с ними. Это значит кого-то «сняли» или «снимут». Ага, у Бобылева – его поклонница, у барабанщика – тоже будет, но у нее подружка, и ей нужна пара. Я сначала испугался такого… блядства (не могу подобрать прилагательное, в английском есть слово pure). Отказался. Сейчас придет какая-нибудь незнакомая девка, посмотрит, будет разочарована. Но, силою и обманом нескольких движений, успокоился: почему бы нет?

Девки действительно приходили. Пока длилась дискотека, играла музыка, и народ тряс телесами в темноте площадки, мы выпивали в подсобке за импровизированным столиком. Барабанщик рассказывал что-то знакомое, слегка стеная: она ж видит, так почему же не подойти первой, к чему условности, мы все одинокие люди… Барабанщик оказался тонким романтиком и был неудовлетворен. Девки выглядели равнодушными. Выпив – ушли.

Read more...Collapse )

nitoc [userpic]

***

June 10th, 2019 (12:24 pm)

1980 г. 1 сентября. День слоями, как праздничный торт. Не спешил. Утром смотрел кино по телевизору. Например, какое-нибудь «Рожденная революцией» с Жариковым в главной роли. Потом – к Толе. Сходил за пивом. Съездили за билетами на «Пиратов ХХ века» («Вулкан» либо «Звезда»). Потом за вертушкой. Сначала на Речной вокзал. В длинном, темном, похожем на пенал, тесном магазине у дальней стены стояла «Радиотехника». Но передняя панель колонки слегка погнута. Едем дальше. К пяти часам, объездив весь город, измученные, вернулись на Речной. Берем. «Радиотехника» с широкой боковой панелью, колонки пушками. Такси, домой, на том же такси в город. Бар, кино. Карате, молодой Ерёменко, крупные планы, стремительные наезды, огонь… После кино заезжаем, пробуем. Левая колонка подхрипывает.

Два дня слушаю музыку. Помимо популярной дребедени (вышедший тогда на «Мелодии» диск Лео Сейера, Раймонд Паулс, накупленный впрок в Таллине) и редко перепадающей от Бобылева фирмЫ, решил, что надо обязательно слушать классику. Кокетство пополам с интересом. На Тверском проспекте был отдельчик грампластинок. Здесь, дня за три до вертушки купил Стравинского «Симфония в трех частях» (иногда называют «в трех движениях») и «Концерт для фортепиано, духовых и контрабасов». Нейтральный конверт с промо-текстами (Грампластинка – это чудесный музыкальный музей. Его сокровища неиссякаемы. Они облагораживают духовный мир и т. д.) и мелкими фото конвертов: Ван Клиберн в Москве, Бетховен, «Concerti Grossi» Генделя, «Борис Годунов» Мусоргского, мрачный взгляд Мравинского, романтический – Нейгауза. и пр. пр. Имя композитора слышал, музыку нет. По имени и выбрал. Это должно было быть не столь тривиальное, не Бетховен-Моцарт. Опять же «группа контрабасов», - эксперимент, почти Битлз, полижанровость.

В свое время по рукам ходил винил Чеслава Немена «Реквием для Ван Гога». Всю пластинку он что-то мрачно пилил в одиночестве на контрабасе. Черно-белое темное фото, лица почти не видно, грива волос. В общем скучновато, но выглядело прогрессивно.

Read more...Collapse )

nitoc [userpic]

***

June 6th, 2019 (09:04 pm)

1978 год.
Осенью поступившего в вагоностроительный техникум Соломона забрали в армию. Служил в Самарканде. Писал, что жарко. Прислал фотографию: в черных очках, форменной панаме с полями, воротничок отложен, в руках, у груди реквизит – гитара. На обороте надпись: дорогому Сергею от не менее дорогого Соломона.

Утро. Еще сплю. Три звонка. Он! Приехал в отпуск. Послезавтра обратно.

- Приходи сегодня ко мне. Посидим, девчонки будут, стол, с вином… - Соломон ходил по комнате и трогал безделушки, стоявшие на комоде.

Вечером были три девчонки из их класса, Толя. Пока мама носила тарелки, сидели в его комнате, смотрели фотографии, трендели. Я ее отделил по интонации: «Что бы вы ни говорили, а самое главное – это здоровье». Прозвучало как-то не банально. Лида.

За столом несколько раз долго смотрел. Взгляд не отводила.

Работает медсестрой в стационаре во дворе Пролетарки, скоро на дежурство. Вечером идти темно, страшно. По-мужески сдержанно обещаю проводить.

Перед выходом она шутливо меряет шинель, висящую за дверью, сапоги. Всё велико.

У нее было темно-синее зимнее пальто с лисьим воротником и высокая лисья шапка. Наблюдаю, как она становится безнадежно выше меня. Не знаю как с ее, с моей стороны это потом добавило сумбура в отношения.

Окончила медучилище. Сюда ее устроила мама, она у нее тоже медик.

Лида была классической медсестрой, искренне внимательной и доброй. Этому было трудно сопротивляться. К ней тянутся больные, ждут ее дежурства.

- Тебе нравится твоя работа.

Она взялась объяснять. Отрицательно мотнула головой.

Долго стояли в темноте у торца длинного деревянного одноэтажного здания стационара Морозовского городка. Я выдавил: я тебя больше не увижу? Она ответила, что у нее есть телефон.

Повертел цифрами в голове, присел, написал на снегу. Она присела рядом: что ты делаешь?

- Зрительно запоминаю.

На обратном пути остановился у фонаря на мосту через Тьмаку. Несмотря на медленное течение, река зимой полностью не замерзала, суживалась до темного ручья посередине, парила, пряталась в тяжелые ветки, обросшие инеем.

Read more...Collapse )

nitoc [userpic]

***

June 3rd, 2019 (03:54 pm)

пролетарка
76-й. Хожу на Пролетарку (в Морозовский городок) в магазин за продуктами. Свежие котлетки по десять, кажется, копеек, в панировке на поддоне! Картошку взвешивают и высыпают в авоську по специальному желобу.

В комнате вместо стола – холодный широкий каменный подоконник. Ноги упираются в круглую ребристую батарею. Учебники, справочники, привезенные из Загорска. Физика, закон Ома. Вечером со двора погромыхивание мусорки, детские голоса. На стене радиоточка (приемничек на полке), радиопостановки с продолжением, куцая программа передач на последней странице «Калининской правды». Теплые, жуткие июльские закаты, освещающие дом напротив.

nitoc [userpic]

Мои твиты

June 2nd, 2019 (12:01 pm)
Tags:

nitoc [userpic]

***

June 2nd, 2019 (08:23 am)

В детстве время емкое. 1970 год, четвертый класс, золотые закаты, райская дымка, до-нашей-эры. 1976-й, - уже институт. Шесть лет. День за три. А недавно отмечали двадцатилетие телекомпании. Двадцать - как год, день. Сероватый такой денек.

Переезда не помню. Видимо, всё уместилось в руках. Чемодан, гитара.

Свобода поддразнивала. Лашкову грозил: хватит! уеду, отращу волосы, буду хипповать. Были примеры для подражания. Витя Горьков, Миша Чешков. Первый – очаровательный балбес, дурачится, волосы до плеч, питается цветочным нектаром. Второй – музыкант, флейтист, круглые очки, тонкий хаер до пояса. Оба – харизматичные. А у тебя школа, родители и любимое слово отца - «неприлично».

Read more...Collapse )

nitoc [userpic]

***

June 1st, 2019 (08:01 am)

Не по сезону.
74 год. 15 лет.
На мглистую Масленицу всё таяло. На лестнице за зданием исполкома выпили вина. Курили сладковатые индийские «Seven Hills». Коля Тарасов курил особенно вкусно: резкие движения ладони с сигаретой в веером расставленных пальцах, шумные затяжки… Выпить-покурить на улице обок с праздничным городом, не торопясь поговорить, зная, что в запасе уйма времени - вот алгоритм. Грозный вкус дешевого вина, ты с ним воюешь, возбужденное ожидание прихода хмеля, вдогонку обязательная сигарета, делающая руки и ноги тяжелыми. Знаешь, и всякий раз повторяешь, потому что как же без сигареты – части ритуала. Потом уход в город. Шатание среди людей. Считается, что должно быть весело. Но промокшие от мокрого снега перчатки, пахнущие табаком - самый тревожный запах на свете. Он гнет к земле, и ты – не более чем мерзкий, говнистый подвыпивший подросток, а внутри тебя – одинокое, страдающее, испуганное невесть что.

nitoc [userpic]

***

May 26th, 2019 (08:03 am)

Осень. Десятый класс. Ольга Попонина. Первые взрослые отношения.

Она была старше меня на год. Жила этажом ниже Лашкова. Общая компания. Вот у Лашкова в комнате сидят какие-то парни, почти мужики. Может, музыканты? Входит-выходит Ольга. Короткая юбочка, ножки… Парни глядят вослед, сально улыбаются друг другу.

Дальше по хронологии – чей-то день рождения. Видимо, Лашковский. Накануне совсем буднично и просто как друзья оказались вдвоем в подъезде у окна. Она увлеченно пришивает болтающуюся на клапане моего коричневого джемпера пуговицу. Откусывает нитку. Вьющиеся светлые волосы, круглое лицо, большие коровьи глаза, длинные ресницы с комочками туши, персиковая кожа на аккуратном носике и щеках. Пригласил на день рождения, всё сразу поменяв.

Один или два раза были у меня дома. Это Ольга, - коротко сказал матери. Сидели в моей комнате. Видимо, в конце концов, целовались.

Один. Вдруг чувствую, что долго ее нет или я долго ее не видел. Кинулся по Шлякова на автобусную остановку. На подъеме, перед Валовой вижу, идет навстречу. Тоже тянуло?

В синем платочке, повязанном обычным образом, снизу узелок. Тогда так еще могли ходить. Даже на свидание.

Потом был сад. Вечер, закат и вообще осень, мы в куртках, и в саду никого. На второй проходной остановил сторож. Я сказал, что идем на участок к Олегу Павловичу, что я его сын. Пропустили.

В саду - старая маленькая беседка еще от прежнего хозяина. Кровать, небольшой стол, шкаф. Так я в 16 лет впервые увидел девичью грудь и даже касался ее. Не далее.

Read more...Collapse )

nitoc [userpic]

***

May 24th, 2019 (12:09 pm)

Деревня. Серега привез из города пластинку Скальдов. Или это была магнитофонная запись?.. В то время польские Скальды гастролировали по стране и выступили в Калининском цирке. Не помню, был ли Серега на концерте, или ему кто-то рассказал. Рассказов и пластинки нам хватило надолго.

Первая сторона - традиционные шесть песен, вторая – одна большая «Крыванью…». Польский топоним (в Интернете не нашел, ссылки только на композицию). Как можно сыграть так длинно?! И настораживало. Подобного отечественные ансамбли не играли. Своей длиной, тревогой, хулиганством (веселил маршик в середине), кусками какой-то классики (сейчас услышал Баха, Мусоргского), свободой и беспечностью эта музыка тянула на серьезную.

Была у Сереги и фотография с концерта. По-роковому волосаты, Анджей Зелинский впереди с микрофоном чуть отклонившись в сторону и назад со взглядом куда-то вверх по диагонали и в расшитом попереду красивом камзоле, справа бас-гитарист, слева скрипач, лицо которого скрыто волосами. Сзади – ударник с гримаской улыбки. И, - увеличенная полумраком, гора аппаратуры, панели громадных колонок. В общем, очень красиво. Удивляла скрипочка, на которой можно играть рок. О флейте Яна Андерсона, разумеется, ничего не знали. Слушали музыку, поглядывали на фотографию... - почти видео. Лучше его!

Скальды в Калинине

Read more...Collapse )