?

Log in

No account? Create an account
< back | 0 - 10 |  
nitoc [userpic]

дневник nitoc

July 5th, 2020 (10:47 am)


                           - мюсли
                           - день за днем
                           - читал
                           - баловство
                           - местА рождения
                           - рисовал
                           - фото
                           - был
                           - работа
                           - кино
                           - вещи
                           - истории                     
                           - для памяти

эта нашлёпка - просто так
что-то типа натюрморта-обманки
клякса - случайность, заломы на бумаге - тоже

nitoc [userpic]

Мои твиты

April 22nd, 2018 (12:01 pm)
Tags:

nitoc [userpic]

у нас первая гроза

April 21st, 2018 (07:35 pm)

гроза

Но нам не страшно: у нас кот сидит «машинкой» (детское выражение кого-то из сыновей),

кот-машинка

и вообще, фота, фота, возьми эту болезнь себе, фух, фух!..

глаз

nitoc [userpic]

Сё

April 14th, 2018 (07:05 pm)

пустая-квартира_1

Пора карнавала прошла, на улицах тихо, солнечно и мусорно. Не то с юга, не то с северо-востока дует слабый ветерок, трогает ненужный теперь, большой, полый бекельбан, брошенный кем-то из шальной компании, проходившей здесь совсем недавно, на исходе ночи и праздника; бекельбан, вдруг показывает мерзость наступающего утра на фоне еще мерцающего по ободу живого ночного веселья. Пустая оболочка задумчиво двигается на малое расстояние, по образующей. От звука лениво качнувшегося полого объема, богом оставленной вселенной, выходящей на исходную позицию, становится неожиданно легко и просто. Так откровение, блуждающее обычно ближе или дальше, вдруг подходит вплотную, накрывает тенью и дышит в лицо горячим теплом. Но мы его не признаем и о близости этой так никому и не расскажем.

Пустая-квартира_2

nitoc [userpic]

Сё

April 9th, 2018 (06:40 pm)

Звонки бывают разные. Звонки – вот эти небольшие ящички, которые мы в комплекте с трогательными кнопками покупаем в конце концов в магазине. И если уж такова неизбежность, рассмотрим все по порядку.

Read more...Collapse )

nitoc [userpic]

болею

April 6th, 2018 (03:05 pm)

И лежа в дреме зачем-то вспомнил одну за другой, в нужной последовательности песни альбома Харрисона «Living in the Material World», все их характерные мелодические фиоритуры.

харрисон

nitoc [userpic]

Сё

April 6th, 2018 (12:11 pm)

Начинаем тяжело. Ступаем неловко, с трудом и не туда.

Счастья нет.

И самое неприятное на этом пути, от чего надо быстрей избавиться – ужасы детства, когда зачем-то есть деревья, дома, лица... Лица – гримасничающие, деревья – огромные, живые, дома... Это первое, прошлое. Второе – расставить все по своим местам: имена, события, явки, всю коньюнктуру. Но это сейчас легко говорить, мол, первое, второе. А тогда было первым и больше никаким и не далее вытянутой руки. Когда-нибудь потом, на диване – аромат, легкость, кристалл, хорошее настроение, но в тот момент - теснота, духота, и шаришь руками... А потом предаешь.

Есть, вероятно, еще причина, свойства, так сказать, художественного, а значит более серьезного. Здесь ходят только один раз. Второй раз будет уже к другой цели. Это будет печально, и произойдет то, что. Только такая свобода! когда, если нечаянно и повторить, то уже всё – взрыв, аннигиляция, коллапс.

И вот все резоны к тому, чтобы спокойно, метаясь, может быть, по вагону, но уж не вылетая на первой же относительной станции, а то и раньше, за пределы его неведомо куда, рассеиваясь, - спокойно доехать до конечной, вздохнуть не особенно тяжко и легко, обыденно, как сугубо нормальные люди, - традиционно, но все же вздохнуть, поскольку, как не следил за видами, не тратился, а все ж сморило, заснул и сохранил внутри немного темной тяжести, пересесть в жесткую электричку – ах, электрички, электричечки! – свидетельницы таинственных молчаний – добраться на ревущем, разношенном как старый сапог автобусе до родной остановки и далее уже просто пешком, мимо магазина, бани, гаражей, почты, сквозь пар из колодцев (Россия – страна гейзеров), по асфальтовым проплешинам, по ледяным кочкам, до дома, до фанерной двери подъезда, подняться и так, со слезами и мрачным равнодушием, ткнуться в подушку, укрыться с головой и, спустя время, однажды, робко снова высунуть из-за занавески глаз, из-под двери нос и потом все смелее и смелее…

Не кружить, двигаться только вперед, превратить прошлое в соблазн, бежать, открещиваясь, отплевываясь, с трудом и спешно подтягивая остающиеся пока еще где-то там накануне бесстыдно разбросанные части тела – те, которые еще можно спасти, а то и оставить.

nitoc [userpic]

из ненаписанного романа «Сё»

April 1st, 2018 (06:19 pm)

Светало. Уже вовсю громыхали трамваи, оставляя после себя двусмысленную тишину. Страх стоял ближе обычного. Я потеснил разруху, за ночь перекинувшуюся на всю комнату, ограничил только столом, недопитую рюмку аккуратно накрыл другой, перевернутой вверх дном, вытащил из-под спящего в соседней комнате Марка подушку-одеяло, постелил на полу около окна и батареи, умылся, выкурил до половины сигарету и так, цепляясь за ускользающий распорядок, лег спать.

Ларин ушел ночью. Утром я набрал его номер. Нужно было проверить. Что-то было не так. Подошли быстро, и я узнал его голос, как всегда насмешливый по телефону. Что-то, спрашиваю, было? Нет, отвечает, не было, бывает, но редко, редко, но метко, и я догадываюсь, что все-таки что-то было, но это уже не имеет значения, потому что наша разбросанность в городе и скудное частотами звучание делают так, что мы разговариваем сами с собой, а вокруг непочатые края воздушного и прочих пространств, и только из них мы черпаем наше спокойствие, и никто не поможет, и ничего не остается делать, как смотреть в окно пассажирского поезда Ленинград-Москва на родные сердцу пейзажи среднерусской полосы, радоваться смене картинок и алкаемому забытью…

Потом мы еще немного поговорили о том, что для него это уже четвертый или пятый звонок за такой-сякой час, что я слоняюсь по квартире, пью тонизирующие напитки, играю на рояле импрессионистического Дебюсси, а те, кто всю ночь спал, так и продолжают спать на своих софах и горячечных подушках. Потом мы сказали друг другу «пока», «ну пока» и повесили трубки. Еще я мог бы ему сказать, что уезжаю сегодня вечером (вот откуда поезд), не зная того, что уеду только завтра утром. Не знал. Не ведал. Ведать – соединить утро и вечер, день и ночь – худо-бедно подобрать слова, неудачные заменить на, так называемые, удачные и о том, что было, и о том, чего не было, и город несется, тяжелый, во мраке вселенной к неведомой цели, спит и несется во мраке вселенной, тяжелый, бесцельно к неведомой цели – подбираются слова, и потом понимается, что это уже всё, что всё это не более чем последовательность слов и только она нужна, как каждый из нас, и если будет другая последовательность, то она тоже будет нужна, но то будет уже другая сказка, и давайте тогда сначала разберемся, какая из двух сказок нам нужнее, но только какая-то одна, поскольку уж двух сказок сразу быть никак не может. И знать будем.

nitoc [userpic]

К. Сомов. Дневник 1923-1925 / Э. Гоффман. Поведение в публичных местах

March 25th, 2018 (10:44 pm)

ППМ и Дневник

Обе "медленные", после раджа-йоги только и подъедешь.

«Дневник» хорош и старорежимными словами готовившего текст и прочее Павла Голубева («Радостно, что предыдущий том был хорошо принят и профессиональным сообществом, и заинтересованными любителями. Это дает силы для дальнейшей работы, и она идет легко и быстро», - сейчас так не изъясняются). И немногими сепиями.

ППМ еще и «веселая». Есть у меня такая категория. То, в чем живешь, и что должно быть незамеченным, вдруг проговаривается (хороши и предисловие – Михаил Соколов, и перевод – Андрей Корбут).

сепии

nitoc [userpic]

окончание ненаписанного романа «Сё»

March 23rd, 2018 (08:11 pm)

Хлеб, табак, водка… Как в повести про войну: «...новый год встретили на марше. Майор принес буханку хлеба, трофейного оливкового масла. Семенихин где-то достал водки. Мы нажарили на противне картошки, с глухим стуком сдвинули кружки… Открыли дверь теплушки. Курили и молча смотрели на огромное, такое спокойное небо, звёзды. Каждый думал о своем, дорогом, домашнем. Колонна растянулась на километры. Медленное течение этой могучей реки вбирало в себя и увлекало за собой тысячи людских судеб».

Земля, землица. Народ давно ее просил. И вот, наконец, ему ее дали. За районной больницей, по три сотки. Картошечку посадить…

Обратились к Герасиму Александровичу. К нему всегда обращались, когда кто умирал в отделе или в отделах соседних, и надо было на кого-то взвалить заботы обо всем в таком случае необходимом. Знали, Герасим Александрович все соблюдет в аккурате, даже не без удовольствия. А здесь - люди живые и дело касается жизни, ей во благо, силу и рост. Да, он все умеет, и косу отбить, и по плотницкому делу. А какой у него инструмент, как ножи с топорами заправлены!.. Таких мастеров сейчас по пальцам днем с огнем.

Он и меня увлек на свежий воздух.

Как сейчас вижу, с аршином в руках вышагивает Герасим Александрович еще холодным полем. Ветер развевает полы его плаща. Сапоги грязны. Шляпа, головной убор российского агронома, натянута на уши. И за празднично-озабоченным настроением Герасима Александровича, за его широким, слегка западающим шагом старого, матерого пилигрима, угадывается ломаный рисунок басановы.

< back | 0 - 10 |